Актуальная литература, поэзия, проза, музыка, актуальное искусство, digital-art, flash анимация, новости культуры,| Тайнинка.ру

Две устойчивых, крепких, оттого добродушных старушки стоят возле зимнего заснеженного куста. Попеременно они поднимают круглые морщинистые лица, при этом рты их открываются, и вылетают оттуда вверх, к отороченной сосульками крыше струйки стремительно исчезающего пара и тонкие извивающиеся, застывающие стеклистыми спиральками на фоне сивого в длинных, сплюснутых облаках небосвода, слова. Правую старушку зовут — Мария Игнатьевна, левую — Анна Сергеевна.  

Мария Игнатьевна:А ведь раньше совершенно всех и каждого крестили. Бывало, только он родится, маленькой такой, а уж его и крестят, крестят…

Анна Сергеевна:Непонятная сейчас молодежь. Ходит, говорит, а куда ходит, что говорит, непонятно…

Мария Игнатьевна:А как покрестят, бывало, так положат где, он себе и лежит… А они уж другого крестят…

Анна Сергеевна: Мне и внучка-то, она у меня еще молодая, говорит, бабушка, я пойду туда-то и туда-то, а я ничего не понимаю… И что пойдет и куда…

Мария Игнатьевна: А бывалоча, что одного уже покрестят, а другого не докрестили еще, а первый возьми и начни писять… А то и другой писять начнет, глядючи на первого… А батюшка, если растеряется по молодости, стоит и крестит, крестит… Первого… второго… второго… первого…

Анна Сергеевна: Так и сидим с внучкою до вечера. Она мне говорит-говорит, а я ничего не пойму никак. Уж к вечеру, как темно совсем, а по телевизору глобус, пойму уж, что она идти хочет, а куда, все равно не понимаю… Да куда уж ей теперь, все уж закрыто…  

Внезапно наверху что-то грохочет, и словно на мгновение меркнет свет. Возможно, это громыхнула в высоте железная дверь, а солнце на миг закрыла небывало быстрая туча. Старушки замолкают и смотрят друг на друга с немым, неподдельным изумлением. Острое, как льдинки, опушающие замерзший шиповник, понимание ходит в их влажных водянистых глазах. Старушки с минуту смотрят друг на друга с неведомым теплом и состраданием и симметрично уходят в соседние подъезды. Старушки пришли к себе домой, разделись. Анна Сергеевна села в кухне у окна, а Мария Игнатьевна в комнате, глядя на свое отраженье в экране выключенного телевизора. Мы видим все это потому, что часть стены дома стала мягко прозрачной. Такая кинематографическая условность. И с того момента, как попрозрачневела стена, звенит везде тонкий, переливчатый приятный звоночек. Старушки качают головой, думают, и тут начинают говорить сами с собой  

Мария Игнатьевна: Вот оно как… Да… Непонятная сейчас молодежь. Ходит, говорит, а куда ходит, что говорит, непонятно…

Анна Сергеевна: А ведь раньше совершенно всех и каждого крестили. Бывало, только он родится, маленькой такой, а уж его и крестят, крестят…