|
Видемши я вчерась великолепнейший, редкой цветной и свежей роскошности сон. Представьте себе, приехал я во сне на какой-то смутный украинский юг. Скорее всего это было восточное побережье Крыма, однако затрудняюсь сказать, что за город. Очень красивый город, кремового такого колорита с изобилием живописнейших запущенных садов, длинных полуразрушенных причалов, дощатых пропахших пылью мансард, головоломных тропинок, вьющихся по высочайшим рыжевато-зелёным откосам, апельсиновых корок на брущатой мостовой и огороженных щербатыми низкими заборчиками маленьких смотровых площадок, со слабым возбуждающим похоть запахом мочи возле, обрамляющих полукругом пару некрашеных скамеек, лавровых кустов.
Мы, Я, Анжела и ещё какая-то смутная девица сняли за совершенно неприличные копейки великолепнейший особнячок из шести комнат с деревянной на фундаменте из дикого камня грузинистой верандой, сырым тёмным садиком, в котором Росли две пальмы, самшит, метра четыре квадратных толстенного бамбука и много сочных и больших травянистых растений с широкими кожистыми листьями. Домик нам сдали целиком. Он был явно не предназначен для турбизнеса от рождения. И скорее всего мы были первой семьёй в нём отдыхавшей. По изобилию в шкафах хороших книг, по ухоженным цветам в горшках на окнах, по множеству всяких пуговичек-расчёсок-зажигалок в ящиках трюмо я решил, что раньше в домике жила интеллегентная и весьма обеспеченная семья из трёх человек, муж, жена и дочь, и что они не так давно скорее всего уехали за рубеж.
Мы сходили на рынок и девушки стали что-то готовить, я же решил полазить по шкафам, желая составить более подробный портрет прошлых обитателей домика. Достаточно быстро я выяснил, что мужчина живший здесь был архитектором, высоким красивым брюнетом, что он изменял жене, скорее всего с молодыми парнями, что он очень любил свою собаку, весёлую таксу, вечерами мастурбировал в мансарде на шимейл порно. Я узнал, что жена его была невысокого роста толстушка, что он по своему её обожал, по крайней мере сексуально, но по уровню интеллекта она была значительно его ниже. Она была очень доброй женщиной, и догадываясь об изменах мужа, делала вид что ничего не происходит. Наконец я добрался до комнаты дочери.
Девочка оказалась интересной. Она много читала, танцевала и трахалась, причём предпочитала секс с двумя парнями одновременно. Кроме того у неё была некрасивая толстая подружка, с которой она по всей видимости тоже спала. Внешне девочка была очень хороша. Натуральная худенькая блондинка с беличей остренькой мордочкой и большой, круглой, чуть откляченой попой. Я залез в старый советских времён чемодан с её бельём, не без задней мысли найти, что-нибудь наподобие ношеных трусиков, но нашёл нечто совершенно другое. Это была автомобильная аптечка "ФЕСТ", полная самых разных, элитных, явно европейской расфасофки наркотиков. Там были пухдые пакетики с кокаином, множество разноцветного экстази, мескалин, пузырёк кетамина, целая коллекция самых разных марок, кристалы кислоты, где-то стакан марихуаны в квадратном плетёном туеске, маленький пузырек с экстрактом сальвии, и целая россыпь всевозможных таблеток, природу которых я не знал. Не было только героина, и вообще наркотиков седатиков. Оно и понятно, девушка любила танцевать. Вообще аптечка представляла из себя не простую нычку наркомана. Это была коллекция, собранная тщательно и с любовью. Я пошёл в кухню, похвастаться Анжеле и её подруге находкой. Однако их всё это совершенно не заинтересовало. Я расстроился. Мне очень хотелось чем-нибудь обдолбаться, ведь я не принимал сильных психоделиков с ранней юности. Обрекать девушек на возню со мной обкисленным мне бы совершенно не хотелось.Некоторое время, порефлексировав в отношение того, как не хорошо поступаю по отношению к жене, я взял пакетик кокаина, и поспешил в дрочильную мансарду с намерением крепко нанюхаться. И тут меня разбудил звонок в дверь.
Я встал, жутко расстроенный серой безкокаиновой подмосковной взаправдой. Голым и похмельным, подойдя к двери, я спросил:"Кто там?". "Картошку по двенадцать рублей кило брать будите?" - был мне ответ. "Нет не буду, - ответил я - и не приходите больше, будьте так добры". Интересно, авторы подобных историй вообще думают о том, что чувствуют их персоонажи, когда повествование заканчивается. |
